Личная охрана Саркози была увеличена с 50 до 80 человек в 2002 году, когда на его предшественника на президентском посту Жака Ширака попытался напасть психически больной мужчина с охотничьим ружьем.

Отчаянную «борьбу» с собственным ростом, который даже меньше, чем у Наполеона, французский лидер вынужден вести ежедневно – появляясь на мировой политической арене в кругу более «солидных» коллег и рядом с собственной женой, бывшей моделью Карлой Бруни, чей рост – почти 178 см. Все уже привыкли видеть ее исключительно в обуви на плоской подошве.

Сам же Саркози, как выяснилось, носит специальную обувь, которая позволяет ему быть на 9 см выше. Прибегает он и к массе других уловок. Так, например, прошлым летом, выступая на торжествах по случаю годовщины высадки союзников в Нормандии, он встал на не видимую за трибуной скамеечку высотой 15 см, чтобы визуально сравняться в росте с американским коллегой Бараком Обамой. А для того, чтобы «подтянуться» к другим мировым лидерам на групповых снимках, Саркози встает на цыпочки.

Широкую огласку получили еще несколько курьезных историй. К примеру, прошлой осенью во время визита на завод в Нормандии французский президент потребовал, чтобы во время телесъемки никто из рабочих не выделялся ростом на его фоне. Это, хотя и косвенно, подтверждено результатами съемки – действительно, Саркози в кругу рабочих смотрелся очень гармонично. Однако Елисейский дворец категорически отрицает, что велся специальный отбор людей.

Еще более примечательный случай произошел в апреле этого года, когда немецкая компания Sixt, предоставляющая услуги аренды автомобилей, украсила свой парк прокатных мини-каров Citroen C3 Picasso таким рекламным плакатом: «Будьте как мадам Бруни – выберите маленького француза«.

Несмотря на все бешенство, которое охватило Елисейский дворец в связи с таким сарказмом, президентская чета не стала выдвигать обвинения против фирмы – чтобы не сделать ей тем самым дополнительную рекламу, от чего бы ее прибыль только возросла.

Стоит отметить, что на титул самого низкорослого президента из ныне действующих претендует российский лидер Дмитрий Медведев ростом 162 см, прозванный в шутку «нанопрезидентом». До этого сомнительное «звание», бесспорно, принадлежало северокорейскому лидеру Ким Чен Иру (чуть больше 162 см).

Самым низким из известных мировых лидеров был Бенито Хуарес, пять раз занимавший пост президента Мексики (с 1867 по 1872 год), – его рост составлял всего 135 см. А деспот-коротышка Наполеон Бонапарт, именем которого назвали известный психологический комплекс, был на самом деле выше 165 см, а не 155, как утверждают некоторые историки.

Вот СЕО крупной промышленной компании 40 минут рассказывает, какой великолепный у него хозяин (из Золотой сотни Forbes, между прочим): «Чуткий, понимающий, энергичный, быстро принимающий решения, интуитивный, терпеливый…» Правда, другие топ-менеджеры говорят, что он жесткий, предельно грубый человек, который ставит задачи на малопонятном профессиональным управленцам языке. А еще не любит конкретизирующие вопросы и сталкивает подчиненных лбами, чтобы посмотреть, кто выплывет.

Такие истории встречаются сплошь и рядом. «Сыграю твоими коленными чашечками в хоккей», – пригрозил высокооплачиваемому сотруднику известный бизнесмен, прославившийся истерическим характером. Другой самодур запустил пепельницей в секретаршу (та еле увернулась). Третий установил скрытую камеру и прослушку в кабинете своего зама. Четвертый, акционер крупной сырьевой компании, придя на Совет директоров, выложил перед собой на стол пистолет. Так, на всякий случай.

Как думаете – кто-нибудь из сотрудников вышеописанных персонажей уволился из-за их самодурства? Ответ: нет

Возможно, подчиненные терпят хамство из-за приличной компенсации? «Подумаешь, матом на меня выругался. Потерплю, зарплата позволяет», – цинично объяснял мне СEO со степенью MBA, успевший поработать на четырех олигархов и явно не имеющий проблем с трудоустройством. Но все-таки профессионалы готовы терпеть унижения лишь до поры до времени. «Если хамят, грубят и ведут себя неадекватно, то рано или поздно все-таки люди говорят: «да пошел он на хрен», – рассказывал мне гендиректор розничной сети, выпускник МГУ и Гарвардской школы бизнеса. – Поначалу, хозяин в моих глазах обладал какой-то магнетической притягательностью. А через два года пелена упала с глаз. Надоело выслушивать ерунду: бессмысленные требования, оскорбления, грубость. Я почувствовал, что не хочу с ним работать». Этот директор собрал вещи и ушел на другую работу.

Мне кажется, дело скорее в том что, в ближнем кругу начальника-хама удерживаются люди другого сорта. «Хороший парень – это не профессия», – уверенно говорил владелец промышленного холдинга. Однако он был окружен именно теми парнями, которые демонстрировали слепую любовь.

Для топ-менеджеров потребности в достижении цели, власти и потребность быть включенным в процесс очень значимы. Утратить возможность двигаться к цели и чувствовать себя ненужным – вот что по-настоящему страшно. Крепкие профессионалы тоже боятся, но лишь у устроившихся по-знакомству страх достигает абсолютного значения: «Потеряю эту работу – больше такой не найду!».

Человек подсознательно стремится к единственному выходу – подольститься к начальнику, каким-то образом уверить его в своей полной лояльности и преданности. Руководитель металлургической компании рассказал: «Недавно меня один сотрудник с днем рождения поздравлял, а я знаю, что он бесполезен, его выгнать давно пора бы. Но он такие слова душевные говорил, так тепло. Открылся с другой стороны, я даже не ожидал. Неправ все-таки я был, когда хотел его уволить…»

Забавно, что не все собственники понимают, что гиперлояльные менеджеры способны свести их бизнес в могилу. «Хочу купить строительный холдинг за несколько сот миллионов» – заявляет акционер инвесткомпании на совете директоров. «Покупаем», – хором отвечают менеджеры. Но зачем? В США уже начался финансовый кризис и можно было бы догадаться, что есть риск провала рынка. Так и случилось – строительная компания обанкротилась одной из первых.

Татьяна Антропова – корреспондент Forbes

В 2007 году могущество силовиков достигло пика: они составляли две трети сотрудников Администрации президента, утверждает социолог Ольга Крыштановская, но в текущем году их численность в этом ведомстве снизилась, составив менее 50%. Возможно, это знаменует постепенное движение к гражданскому правительству и либерализацию настроений элиты, считает Крыштановская. «При Путине люди из спецслужб вышли на первые роли, но для них это было нетипично. Они не привыкли находиться в центре внимания, и теперь все они вернулись в тень, на вторые роли», – говорит она. С мнением, что влияние силовиков постепенно ослабевает по сравнению с 2000-2008 годами, согласен и советник президента Медведева Игорь Юргенс.

«Многое зависит от намерений Путина, а расшифровать их сложно». Путин сохранил репутацию самого влиятельного российского политика. Тот факт, что Путин выбрал Медведева в качестве преемника, может означать, что он сам счел необходимым обуздать власть силовиков. И все же, по мнению Крыштановской, советская система, когда за каждым начальником шпионил его заместитель – сотрудник КГБ, сохраняется и доныне.

Нельзя считать, что у всех силовиков одинаковое мировоззрение, указывает генерал КГБ в отставке Алексей Кондауров: «Одни занялись бизнесом, другие стали верующими, третьи сделались клептократами». По словам источника, ранее занимавшего высокий пост в Кремле, силовики порой враждуют между собой не меньше, чем с другими фракциями. «И все же путинские силовики оставили большой отпечаток в политической эволюции России». По мнению ряда аналитиков, силовики совершили «мягкий государственный переворот», превратив молодую демократию в иерархическое и патерналистское государство. Попутно была введена консервативная идеология, напоминающая о столпах правления царя Александра III: самодержавие, православие, народность.

Между тем в современном мире СМИ и диффузных центров власти методы силовиков, пожалуй, менее эффективны, чем в закрытом тоталитарном государстве. «Всем ясно, что главный инструмент управления страной – телевидение, а не армия, спецслужбы или правоохранительные органы», – заметил кинокритик Даниил Дондурей. По мнению Чарльза Кловера, Путин – прирожденный шоумен, инстинктивно владеющий уменьем выступать в эфире, но среди сотрудников спецслужб он скорее исключение.

С переходом Путина на пост премьера некоторые из его ближайших помощников тоже получили менее важные, чем прежде, должности: так, Игорь Сечин теперь всего лишь вице-премьер, а Виктор Иванов возглавляет Госнаркоконтроль. «Оба сохраняют закулисное влияние, но источником их влияния была возможность ежедневно общаться с Путиным, а теперь они общаются с ним реже», – пишет газета со слов неназванного лица, которое в прошлом занимало высокую должность в Кремле. По мнению издания, с 2008 года повышение по службе получил только Сергей Нарышкин – он назначен главой Администрации президента, чтобы, по распространенному мнению, приглядывать за Медведевым.

Силовики слишком много наворовали и теперь не рискнут отказаться от власти, полагает политолог Владимир Прибыловский. Одни наблюдатели считают нынешнюю оттепель временной, другие ожидают, что передача власти гражданским силам действительно произойдет. После экономического хаоса 1990-х, когда криминальные группировки захватывали приватизированное имущество и политическую власть, приток бывших военных и сотрудников спецслужб во власть был неизбежен, считает Юргенс. А окончание второй чеченской войны, восстановление контроля федералов над Кавказом и постепенная стабилизация экономики знаменуют, что силовики в основном завершили свою миссию, добавил он.

Обращают на себя внимание «любопытные связи священников с КГБ». Один из аналитиков назвал Сретенский монастырь кремлевским «департаментом идеологии»: одновременно аналитическим центром и секретной организацией наподобие католической Opus Dei. Как подтверждают в РПЦ, игумен этого монастыря архимандрит Тихон Шевкунов – духовник Путина. Статус консервативных церковников в России сильно вырос.

Чарльз Кловер | Financial Times

«Они ничего не делают и прекрасно осознают этот факт… Они продают свое имя», – приводит слова Бабаева о британских советниках The Sunday Times. «Альфа-Групп» – один из крупнейших российских консорциумов, отмечает газета, он принадлежит миллиардеру Михаилу Фридману. На Фридмана работают такие британцы, как лорд Пауэлл, бывший советник Маргарет Тэтчер, и лорд Хард, экс-министр иностранных дел.

Сами пэры уверяют, что усердно работают. Лорд Пауэлл, например, говорит, что старательно трудится за скромное жалование – всего 6 тыс. фунтов в год. «Не думаю, что для них важно, входит ли человек в палату лордов или нет, – говорит он. – Надеюсь, они наняли меня потому, что считают меня довольно мудрым человеком, который почти 20 лет проработал в мире международного бизнеса».

Британские пэры отнюдь не безгрешны, напоминает The Sunday Times. Именно эта газета в январе напечатала разоблачительную статью о том, что четыре лорда выразили готовность за 180 тыс. долларов добиваться внесения поправок в законы по просьбе лоббистов. В результате скандала в мае впервые за 350 лет двое членов палаты лордов были отстранены от работы. В 2007 году в палате разгорелся скандал о торговле местами, но обвинения тогда никому не предъявили.

Связи с российским бизнесом есть и у лорда Оуэна, который минувшим летом помог миллиардеру Алишеру Усманову увеличить долю в ФК «Арсенал». На одном из званых обедов, куда был приглашен и Усманов, лорд Оуэн рассказывал о своем давнем знакомстве с российским бизнесменом и «старался развеять какие бы то ни было сомнения по поводу его деловой биографии». При этом лорд Оуэн работает консультантом компании Gallagher Holdings, подконтрольной Усманову.

Также Channel 4 обещает рассказать нечто новое об обстоятельствах покупки россиянином Александром Лебедевым газеты London Evening Standard. Данную сделку одобрил еще один скандально известный лорд – британский министр по делам бизнеса и предпринимательства Питер Мандельсон.

Шансы получить пост министра сельского хозяйства в перспективе имеет глава «Союзагромаша» Константин Бабкин, а корпорацию «Росагролизинг» может возглавить глава департамента по АПК правительства РФ Игорь Руденя.

В последнее время «в аппарате вице-премьера Игоря Сечина обращают пристальное внимание на развитие машиностроения и, в частности, на сельскохозяйственное машиностроение». «По информации участника совещания по сельскохозяйственному машиностроению при Сечине, в ближайшие месяц-два заинтересованной группой чиновников может быть организована административная атака на главу Минсельхоза Елену Скрынник, которая является протеже другого вице-премьера – Виктора Зубкова. На ее место пытаются продвинуть хорошо знакомого уже премьеру Путину совладельца «Ростсельмаша» Константина Бабкина».

Именно благодаря поддержке Сечина на заводе «Ростсельмаш» дважды за последний год побывал премьер-министр Владимир Путин.

Перемены могут ожидать и «Росагролизинг», который планируется преобразовать в госкорпорацию. Возглавит новую госкорпорацию уже упоминавшийся Игорь Руденя, после отставки Алексея Гордеева всерьез претендовавший на пост министра сельского хозяйства. Впрочем, сообщает «Бизнес-Балтия» со ссылкой на источник в «Ростехнологиях», знакомый с ситуацией, кандидатура Рудени была провалена из-за связанных с его именем скандалов в сфере госзакупок зерна. Кроме того, Руденя имеет выговор за внедрявшуюся при его прямом участии систему ЕГАИС, из-за которой едва не встала вся алкогольная промышленность России.

Теперь, как утверждает источник в «Ростехнологиях», может быть инициирована аппаратная борьба с вице-премьером Виктором Зубковым с целью переподчинения АПК, который смыкается (по применению технологических новаций, экспортно-импортным потокам, производственным циклам) с ВПК, либо Сергею Чемезову (глава «Ростехнологий»), либо Игорю Сечину.

Для усиления позиций Сечину необходима сильная команда, которая исподволь формируется уже давно. Информированные источники включают в нее чиновников, входящих в состав возглавляемых Игорем Сечиным правительственных комиссий по энергетике (министр энергетики Сергей Шматко, замглавы Минэкономразвития Станислав Воскресенский), металлургии (замминистра промышленности Андрей Дементьев, замминистра природных ресурсов Сергей Донской), по развитию ТЭКа (те же Шматко и Воскресенский, помощник Сечина Антон Устинов).

В команду входят и близкие Сечину представители крупного и среднего бизнеса – глава «Роснефти» Сергей Богданчиков, Герман Хан из ТНК-ВР, глава правления «Норильского никеля» Владимир Стржалковский, совладелец «Ростсельмаша» Константин Бабкин, президент «Транснефти» Николай Токарев и другие видные представители российской бизнес-элиты.

Возможно, Ахалая является самым молодым министром обороны в мире. Но в Грузии он – вовсе не исключение, а правило: средний возраст грузинских министров – 32 года, а депутатов – 27.

Зарождение и развитие этого феномена легко отследить в новейшей истории Грузии. В 1992 г., вернувшись в Тбилиси из Москвы, Эдуард Шеварднадзе, опасаясь обвинений в «реабилитации и реанимации бывшей партноменклатуры», стал назначать на государственные посты молодых людей, которые просто по возрасту не могли успеть побывать на партийных или даже комсомольских должностях. Так в его команде появились Зураб Жвания, Нино Бурджанадзе и Михаил Саакашвили. Они возглавили партию Шеварднадзе «Союз Граждан Грузии» и стали продвигать на ключевые посты не только в партии, но и в региональных и центральных структурах власти, собственных выдвиженцев. Причем протеже «молодых реформаторов» были порой еще моложе, чем их покровители. Постепенно в 90-е годы сформировался обширный круг «молодых реформаторов», противостоящий «старой номенклатурной гвардии» и стремящийся к власти.

Шеварднадзе упустил момент, когда процесс еще можно было контролировать. В начале «нулевых годов» молодые реформаторы превратились в альтернативную элиту, и, поскольку «седой лис» вовсе не хотел делится с ними реальной властью или назначать преемника из их круга, просто свергли своего патрона, приведя к власти 36-летнего Михаила Саакашвили.

Главной особенностью реформ после «революции роз» стала смена элит во всех общественных и государственных институтах: от МВД до СМИ, науки, искусства и спорта. Человек старше 40 лет считается в современной Грузии безнадежно устаревшим – «тенью из прошлого», от которого надо избавиться как можно скорее, иначе он утащит новую Грузию в патриархальное болото к давно отжившим ценностям.

Когда возраст – сам по себе системообразующий фактор, не вызывает удивления, что, например, участник конкурса в составе молодежной команды «Что, Где, Когда» Ника Гварамия в 28 лет назначается Генеральным прокурором страны. На этом фоне представления о грузинском обществе (в том числе в России) как о горцах, сохраняющих верность традициям и питающих особое уважение к старшим, вызывает смех. Президент Саакашвили назвал старую грузинскую элиту (дословный перевод) «экскрементами, достойными спуска в сортир». Какое уж тут уважение к старшим или традиционная для Кавказа иерархичность общества? «Вывести новый тип грузина» – вот императив команды молодых реформаторов. Но старшее поколение в этом смысле безнадежно и «рихтовке» не поддается, а «свежий человеческий материал» более податлив.

Назначая на пост министра обороны Бачо Ахалая, президент произнес примечательную фразу: «Бачо смог справиться с труднейшей задачей – уничтожить в стране институт так называемых «воров в законе». Даже я не смог этого добиться, будучи министром юстиции».

Тем самым лидер революции намекал, что он сам не смог добиться успеха в деле искоренения «понятий» только потому, что был «всего лишь» министром юстиции, но не президентом, а при президенте Шеварднадзе борьба с ворами была бессмысленна. Стало быть, если Ахалая и добился победы над «воровским подпольем», то только потому, что руководил департаментом исполнения наказаний при президенте Саакашвили. Но неужели предшественники Ахалая на посту руководителя того самого департамента не догадывались о применении тех простых методов, которыми молодой «тюремщик» сумел сломить хребет элите преступного мира?

Казалось бы, чего им стоило вывести всех авторитетов из общих камер, запереть их в отдельных камерах, отнять мобильные телефоны, запретить смотреть телевизор – пусть воют и царапают ногтями двери! Но предшественники Бачо Ахалая понимали, чем им это грозит, – они прекрасно знали, с кем имеют дело, и им хватало житейской мудрости, попросту осторожности, не идти на смертельный риск, ставящий под угрозу не только их собственную жизнь, но и жизнь членов семьи. Именно в результате этой «осторожности» и знания «предмета» представители старой, шеварднадзевской элиты не смели проводить смертельно опасные реформы.

А Бачо Ахалая – молодой человек без особого жизненного опыта. В силу своего возраста он не осознает до конца степень риска, которому подвергает себя «простыми решениями».

Для половины грузин Саакашвили прав, для другой – нет, и обе эти половины переплетены социальными и семейными связями, помноженными на когда-то беспрекословно принятое, а теперь нарушенное, почтение к старшим. «Все очень просто» – императив молодой команды реформаторов во главе с самым молодым в мире президентом. «Очень просто» сократить штат госслужащих, сэкономить средства для бюджета и оставить без куска хлеба сотни тысяч человек. «Очень просто» ввести единый государственный экзамен и озлобить тысячи убеленных сединами заслуженных профессоров, считавших поступление в вузы (разумеется, по их протекции) исключительной и естественной социальной прерогативой своей касты. «Очень просто» выгнать с работы десятки тысяч коррумпированных полицейских, в том числе гаишников, и нанять вместо них неопытных, но некоррумпированных молодых людей, а изгнанных влить в ряды уличной оппозиции. Проще простого взять и отрубить подачу электричества сотням населенных пунктов – пусть сидят в темноте, пока не заплатят за потребленную электроэнергию. Чего же проще – приватизировать за хорошую цену предприятие, кормящее тысячи семей и бывший «партхозактив» города или района; или, например, отказаться от участия в миротворческих форматах, поддерживающих баланс интересов в конфликтных регионах и, под конец, принять по-юношески «смелое решение» – начать штурм Цхинвали.

Но дело в том, что «смелые и решительные действия», принимаемые с юношеским максимализмом, обладают некоторыми «побочными эффектами». Например, благодаря «смелым решениям» в социальной и экономической сфере, бюджет Грузии за четыре года вырос в восемь раз (с $500 млн до $4 млрд), однако именно из-за недовольства сотен тысяч жертв «радикальных и смелых» реформ в Грузии и произошли события 7 ноября 2007 г., в результате которых властям пришлось ввести в стране чрезвычайное положение.

А смелые и радикальные шаги в отношении гордиевого узла сложнейших конфликтов, в конце концов, привели к катастрофической войне с соседней сверхдержавой. И никто ведь не знает, каковы будут «побочные результаты» по другим, не менее «успешным» направлениям, которые еще не дали о себе знать. Тем не менее, глаза Михаила Саакашвили и членов его команды по-прежнему горят пассионарным блеском – ведь они молоды, и жизнь только начинается.

Газета составила список из 10 известнейших животных, которые делили кров с политиками (в хорошем смысле).

Императрица Жозефина, супруга Наполеона, держала в доме орангутанга, который, как рассказывают, выходил к обеду в сюртуке. Уинстон Черчилль научил своего попугая неприличным ругательствам в адрес Гитлера. У короля Генриха III в Тауэре был свой зверинец, в том числе белый медведь, ловивший в Темзе рыбу.

Франклин Делано Рузвельт обожал шотландского терьера по кличке Фала: республиканцы даже уверяли, что президент гонял за псом эсминец на Аляску. Премьер-министр Канады Уильям Лайон Маккензи Кинг и премьер-министр России Владимир Путин утверждали, что советуются со своими собаками (Пэт и Кони, соответственно).

Терьер Джорджа Буша Барни обиделся, что Путин заявил: «Кони сильнее и злее», и взял манеру кусать иностранных журналистов, сообщает газета. При Джоне Квинси Адамсе доставалось и высоким гостям: ручной аллигатор президента спускался по ступенькам в сад Белого дома и всех пугал. Томас Джефферсон прогуливался в компании своих гризли, а Уильям Говард Тафт настолько любил парное молоко, что держал в Белом доме корову.

По мнению блоггеров, лишний вес у главного врача страны «может послужить плохим примером» в стране, страдающей от ожирения. Недавно центры по контролю и профилактике заболеваний при Минздраве США в специальном докладе сообщили, что количество взрослых американцев, страдающих от ожирения, увеличилось с 25,6% населения в 2007 году до 26,1% в 2008.

«Говорят еще, что президент Обама до сих пор курит. Нам нужны ролевые модели, которые, для того, чтобы быть настоящими ролевыми моделями, пытаются быть лидерами в улучшении здоровья и изменении образа жизни», – заявил профессор медицины и клинического питания медицинского центра университета Кентукки Джеймс Андерсон.

Нашлись, впрочем, у Бенджамин и защитники – в частности, с заявлением в ее поддержку выступила Национальная Ассоциация по развитию терпимости в отношении лишнего веса.

«Уверенная в себе, пышнотелая женщина с широкой душой в качестве семейного врача Америки могла бы послужить улучшению системы здравоохранения больше, чем худосочная глава Минздрава Кэтлин Себелиус. Приятно знать, что врачи тоже сражаются с лишним весом – и несмотря на этот недостаток ведут полноценную и активную жизнь», – пишет в своем блоге Фрэнсис Кисслинг.

Свою книжку Гаврилов заполняет после еженедельных летучек у Сергея Нарышкина, на которых чиновники отчитываются о проделанной работе и планах на будущее. Здесь пишется черновик президентского графика. «Право предложить свой пункт есть у каждого зама, помощника и даже главы управления, но последнее слово всегда остается за главой администрации», — говорит кремлевский собеседник .

Такая практика выглядит более строгой, чем та, что была при Путине, когда замглавы администрации Игорь Сечин охотно корректировал расписание главы государства, да и старые друзья президента могли обеспечить «доступ к телу». Зато теперь неопределенность возникла в другом вопросе: зачем, собственно, ходить к президенту, а зачем — к премьеру?

КОЛЛЕКТИВНОЕ АППАРАТНОЕ

В записной книжке Гаврилова — и даты международных встреч, и напоминания о юбилеях общественных деятелей, и обещания президента, данные на встречах и в поездках. Глава РСПП Александр Шохин воспользовался именно таким случаем. «О своей последней встрече с Путиным-президентом я договаривался напрямую, на каком-то мероприятии», — рассказывает он. Впрочем, предварительно Шохин обсудил тему у Сергея Собянина, тогдашнего главы администрации. Формальным поводом к встрече, состоявшейся в феврале 2007 г., стало 15-летие РСПП, но бизнес больше волновала доложенная Шохиным программа налоговых льгот для инвесторов в высокотехнологичные отрасли — от снижения НДС до отмены пошлин на импортное оборудование. Теперь пошлины понемногу отменяются, а Минфину все труднее защищать НДС от сторонников его снижения в бизнесе и во власти.

Капитаны российского бизнеса могут себе позволить звонить в приемную президента, благо «вертушки» есть во всех крупных государственных и частных компаниях. Но этого лучше не делать, если нет форс-мажора, говорит собеседник  в одной из нефтяных компаний. Если «не горит», принято работать через главу администрации, а к предварительному обсуждению тем можно подключать его первого заместителя Владислава Суркова и экономического помощника президента Аркадия Дворковича, выступающего теперь в роли ушедшего в правительство Игоря Шувалова.

Президентский график планируется примерно на месяц, за столько же потенциальные визитеры обычно узнают, что встреча состоится и надо готовить документы. Конечно, случаются и накладки, но меньше двух недель на подготовку обычно не бывает, утверждает другой источник  в администрации. Содержательная сторона вопросов как среднего, так и крупного бизнеса обсуждается с экспертным управлением. «Корректно добиваться встречи, если в списке тем меньше пяти вопросов», — говорит чиновник администрации. Просить больше — не только дурной тон, но и неэффективно с точки зрения аргументации. Так ли о многом можно поговорить за 10-20 минут, обычное время «двусторонок» с президентом? Шохин предпочитает концентрироваться на одном вопросе — так проще убедить. Он не сторонник распространенной практики приходить к президенту с готовыми письмами, на которых глава государства ставит резолюцию. Поручения президента обычно появляются уже после разговора с лидером РСПП, но их исполнение также отслеживается контрольно-ревизионным управлением каждые 5-10 дней, до тех пор пока не будет результата.

У губернаторов свой распорядок. Им необязательно дозваниваться до Суркова, традиционно отвечающего за внутреннюю политику, или помощника президента, секретаря Госсовета Александра Абрамова. Попросить о встрече можно через своих кремлевских кураторов — рядовых сотрудников регионального департамента. Например, в графике Путина иногда образовывался свободный день, который делали «губернаторским». Кураторы обзванивали своих подопечных, и в итоге формировался список из четырех-пяти потенциальных визитеров.

До конца 2005 г. в Кремле был заведен четкий порядок приема региональных лидеров: каждый из них раз в год мог рассчитывать на одну аудиенцию. Но возглавивший администрацию экс-глава Тюменской области Сергей Собянин решил внести в эту систему воспитательный момент и сам решал, кого и как часто звать в Кремль. Так, мурманский губернатор за год уже дважды повстречался с президентом, а главе Хакасии Алексею Лебедю это не удается уже почти два года, с тех пор как местный парламент вопреки воле Москвы отказался поддержать отставку сенатора Аркадия Саркисяна. В прошлом году башкирский президент Муртаза Рахимов позвал Владимира Путина в гости на два дня — ради празднования 450-летия присоединения Башкирии к России. Но Собянин решил, что слишком самостоятельному башкирскому лидеру надо дать сигнал, и настоял на однодневном визите.

БЕЗ ГАЛСТУКОВ

Когда в 2005 г. не состоялось слияние «Газпрома» и «Роснефти», заговорили о соперничестве Дмитрия Медведева и Игоря Сечина, возглавлявших советы директоров двух гигантов. На бюрократическом поле соперничество началось раньше. Еще с 2000 г. замглавы президентской администрации Игорь Сечин, курировавший документооборот и много времени проводивший в путинской приемной, проявлял интерес к составлению графика. Медведеву, назначенному сначала первым замом, а затем и главой администрации, приходилось отстаивать свою территорию. Не всегда удачно. Лишь с приходом в Кремль Сергея Собянина многие губернаторы и бизнесмены, привыкшие просить о встречах с Путиным Сечина, обнаружили, что привычный канал коммуникации дал сбой.

Тем не менее репутацию человека, способного организовать неформальную встречу с Путиным, Сечин не потерял. Именно он, по словам президента Института национальной стратегии Станислава Белковского, полтора года назад включил председателя наблюдательного совета «Альфа-групп» Михаила Фридмана в список пассажиров борта № 1. Фридману важно было объяснить президенту, зачем «Альфа» ввязалась в тяжбу с бермудской компанией IPOC за блокпакет акций сотового оператора «МегаФон» и почему к «ВымпелКому» вдруг возникли налоговые претензии на 1,809 млрд руб.

Конфликта интересов по поводу графика между нынешним главой администрации Сергеем Нарышкиным и «новым Сечиным» — курирующим документооборот и канцелярию Александром Бегловым — источники  не наблюдают. К тому же в приемной президента Беглов бывает куда реже Сечина, которого проще было застать там, чем в своем кабинете.

По оценкам президента консалтинговой компании «Старая площадь» Светланы Колосовой, соотношение публичных и непубличных встреч президента Путина — 30:70, ведь по телевизору показывают лишь некоторые готовые решения. Если верить официальному сайту Кремля, в прошлом году глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов ни разу не встречался с Путиным официально. Но для сослуживца Путина по ГДР это не преграда. Неудивительно, что в минувшем декабре Чемезов внес в правительство проект президентского указа об имущественном вкладе государства в капитал «Ростехнологий» с приложением из 250 ФГУПов, которое быстро увеличилось вдвое.

Неформальные встречи Путина проходили в госрезиденциях — на Валдае и в Сочи, куда он несколько раз в год выбирался на 3-5 дней с минимальным сопровождением, и, конечно, в Ново-Огареве. Ключевую роль в организации неформальных встреч — если их инициатором не был сам Путин — играли руководства ФСО и Службы безопасности президента, а также люди с личным выходом на бывшего главу государства, к числу которых относят совладельца швейцарской группы Gunvor Геннадия Тимченко, председателя совета директоров банка «Россия» Юрия Ковальчука, гендиректора клуба дзюдо «Явара-Нева» и тренера Путина по дзюдо Аркадия Ротенберга. Репутация путинского посредника закрепилась и за Николаем Егоровым, одним из основателей адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры».

Без предварительной договоренности к президенту лучше не рваться. Год назад губернатор Новгородской области Михаил Прусак окончательно потерял взаимопонимание с федеральной властью. Его обвиняли в неспособности взять под контроль разгулявшуюся в области преступность. Когда на Валдай приехал отдыхать Путин, Прусак сам сел за руль и вне графика прибыл в резиденцию. Его, конечно, пустили, но внезапный визит результата не дал — вскоре Прусак стал экс-губернатором.

РАЗДЕЛЕНИЕ ОБЯЗАННОСТЕЙ

Тем, у кого есть вопросы к президенту, сейчас приходится ломать голову, а не стоит ли с ними зайти еще и к премьеру. Так пришлось поступить губернатору Приморья Сергею Дарькину, в конце мая спешно покинувшему Владивосток после того, как на его окружение были заведены уголовные дела. Вернуться в край губернатор решился только после телефонного разговора с Медведевым и встречи с Путиным, на которой он получил гарантии своей безопасности.

Однако новый механизм пока не отлажен. Решения проблемных для бизнеса вопросов, таких как конфликт в ТНК-ВР или конкурс по Удоканскому медному месторождению, зависли. Прежние техники принятия решений не работают. Бизнес на это нервно реагирует, и борьба начинает выходить в публичную плоскость. В случае с ТНК это произошло уже после встречи совладельца ТНК-ВР и председателя совета директоров ТNK-BP Ltd Михаила Фридмана с Дмитрием Медведевым. Она состоялась в апреле, когда масштаб проблемы ТНК-ВР был очевиден только акционерам.

Александру Шохину хотелось бы большей конкретики. При Путине надо было ходить в Кремль, чтобы ускорить принятие решений в правительстве. Сейчас это бесполезно. В традиционно президентской компетенции немало вопросов, связанных с экономической политикой, как, например, бюджетное послание или защита интересов российского бизнеса на мировых рынках. А к кому идти с вопросами налоговой реформы? Раньше ответ был очевиден — в Кремль, а теперь эта тема напрямую связана с политическим вопросом разграничения полномочий.

К тому же бизнесмены неожиданно лишились привычного канала взаимодействия с исполнительной властью: если раньше можно было без проблем не только попасть на заседания правительства, но и задать там свои вопросы, а возможно, и выступить, то на заседания путинского президиума предпринимателей никто не зовет. Глава РСПП полон решимости «выстраивать новые технологии общения, вплоть до уточнения регламента правительства». В его планах — обсудить эти темы с премьером. Бизнесменам нужно знать, как поделены вопросы между Кремлем и Белым домом — вне зависимости от того, кто их возглавляет.

Людмила Романова smartmoney.ru

Наиболее успешный персональный ассистент – кузнец собственного счастья, играющий на дуде так, чтобы под нее плясали все, в том числе и хозяева его жизни. И не надо думать, что работа эта женская. История помнит другие примеры.

Александр Данилович Меньшиков – сподвижник Петра I

Выдающийся ворюга, подхалим и стяжатель. Начало допетровской карьеры ознаменовал кражей лотка с пирогами у хозяина лавки, где служил разносчиком. От неминуемой кары скрылся в Немецкой слободе, где спустя пару лет был замечен юным Петром и взят в услужение. Времена были тяжелые, на Петра велась охота со стороны стрельцов, и у Алексашки вошло в привычку спать поперек двери. Однажды это спасло Петра от ночного покушения – Меньшиков поднял тревогу, и Петр успел ускакать в Троице-Сергиеву лавру. Правда, без штанов, которые ему потом подвез верный ассистент.
После этого случая Меньшиков стал правой рукой молодого царя. И развернулся по полной. Воровал везде и всюду, талантливо и дерзко. За что бывал неоднократно и публично бит царем, который орудовал то кулаками, то тростью. Но обойтись без Алексашки Петр уже не мог. Справедливости ради надо отметить, что воевал Меньшиков так же талантливо и дерзко, как и воровал. Его знаменитое: «Мужики! В городе вино и бабы! Возьмем – даю три дня на разграбление!» – стоило шведам двух сильнейших крепостей – Нотебурга и Нарвы. После смерти Петра бывший пирожник возвысился неимоверно, фактически управлял е только Россией, но и половиной Европы. Был в полушаге от законного оформления власти – помолвил свою дочь с юным императором Петром II, внуком бывшего босса. Но ему не повезло. Немцы оговорили Меньшикова перед царем, тот, испугавшись, что власть могут перехватить, отдал приказ об аресте и ссылке. При конфискации богатств Александра Даниловича выяснилось, что тот умудрился хапнуть около 2 млн. рублей. Деньги по тем временам чудовищные, примерно три годовых бюджета всей империи.

Прохор Иванович Дубасов – денщик Суворова

Казалось бы, что почетного в звании денщика? Подай-принеси – и только. Но здесь случай уникальный. Крепостной парень Прошка попал под рекрутский набор, и было повесил голову: 25 лет солдатчины – тут не до смеха. Однако карьеру он сделал блестящую.

Полковник Суздальского полка граф Суворов приблизил к себе деревенскую бестолковщину за преданность, которая искупала удивительную глупость и вечное пьянство этого болвана. И болван не подкачал.

Скоро полководец не мог и шагу ступить без своего денщика. Прошка же тиранил барина как мог. Суворову было вредно переедать, и денщик буквально отнимал у него тарелку с едой. На грозное: «Да как ты смеешь?» – Прошка грубо отвечал: «Не велено фельдмаршалом Суворовым». – «Аи, помилуй бог, самим фельдмаршалом! Его надобно слушаться!» – уступал генералиссимус.

Под конец службы Дубасов удостоился уникальной награды. После победоносного итальянского похода русской армии король Сардинии прислал пакет, на котором значилось: «Господину Прошке, камердинеру его сиятельства князя Суворова». В пакете оказалась медаль с гравировкой: «За сбережение здоровья Суворова». Ее, как орден, предписывалось пожизненно носить на зеленой ленте, а Прошка, получив эту награду, хоть и считался по-прежнему крепостным, автоматически посвящался в рыцари.

Александр Николаевич Поскребышев – личный секретарь Сталина

Сын сапожника, по профессии фельдшер, начинал карьеру рабочим в «Известиях ЦК»: паковал журналы в тюки, таскал рассылал, а с 1935 по 1953 год был персональным ассистентом Сталина, его доверенным лицом, главой Особого сектора и фактически серым кардиналом СССР.
В секретари к генсеку Поскребышев попал случайно. Коллеги по ячейке ЦК толкнули его на повышение буквально давясь со смеха: маленький, толстый, лысый – и вдруг в секретариате у Самого! Смеялись они не долго.

Поскребышев обладал удивительной работоспособностью (проводил на работе не менее 16 часов), колоссальной памятью и непревзойденной исполнительностью. Через него проходил весь секретный документооборот Хозяина. И к каждому документу Поскребышев прикладывал листок с предложением конкретного решения, а Сталин с ними, как правило, соглашался: предложения были хороши. Перед этим невзрачным на вид мужичонкой дрожали министры и члены политбюро.

Впрочем, сладкой жизнь Поскребышева не назовешь. Лежа в кремлевской больнице вместе с Твардовским, он однажды заплакал и вспомнил будни, проведенные рядом с боссом: «Ведь он меня бил! Схватит вот так за волосы и бьет головой об стол…»