Загадочная славянская душа еще долго будет приводить в удивление мир лабиринтами непостижимости, желанием что-то постоянно переделывать, перестраивать, реформировать и перереформировать. Это где-то там, на далеком-далеком Востоке, считают проклятием жить во времена перемен. Мы же мыслим прогрессивнее: реформа — это движение, то есть сама жизнь. Зря, что это движение кое-где напоминает броуновское, зря, что иногда он напоминает прогулку слепца с кривым по пустыне. Мы гордимся уже тем, что можем вообще хоть как-то двигаться. Наш указатель – старая добрая старушка Европа.
Наши северные соседи ее привели в удивление еще три столетия тому. Большой реформатор Петр в непролазной балтийском болоте таки прорубил в Европу окно. Ходить через дверь в цивилизацию к тому времени было не “барским” занятием. Правда сейчас это окно настолько разраслось, что …
